Category: птицы

Category was added automatically. Read all entries about "птицы".

Учитель Любви

Для того, что бы изменить Мир, надо изменить умы его составляющие. Для того, что бы изменить умы, надо изменить сердца их созидающие. И начинать это делать, надо всенепременно со своего. Сердце умеет лишь Любить. А что есть Любовь? Любовь - это активное развитие объекта Любви. Возлюби ближнего своего, как самого себя. И прежде чем воплощать это в Жизнь, каждому из нас нужно научиться любить себя. Не жалеть, а именно полюбить, принять и изменить. Изменишь себя, изменишь весь Мир.
promo i_nikonov november 24, 2017 11:15 Leave a comment
Buy for 10 tokens
Друзья, хотел открыть промо забесплатно, но ЖЖ не дает такой возможности. Поставил минимально возможную цену. Я для Вас. Пользуйтесь. П.С. Все что опубликованно в этом журнале, распространяется мной под free software licence. Пользуйтесь во благо.

Не пустила!

Волею судеб, ближайшая мастерская, где я смог заказать планшайбы для установки задних дисковых тормозов в ёжика, оказалась в соседнем городке. Полсотни верст туда, полсотни верст обратно, для бешенной собаки не крюк. А то какое у меня феррари, если сзади барабаны? Прыг в тачку и летим. Летим вместе с дочей.Она выстпает у меня регулярно в качестве штурмана. Папа, купи мне пончик... Приедем, куплю. Ёжик - это птица! Летим низенько-низенько. Прилетели, я шасть в магаз, оу, е, пончики есть. Мне розовый пожалуйста. Себе минералочки, мелкой лимонадику. Выхожу, стоит мастер-изготовитель. Он мне планшайбы, я ему рубль. Спасибо, говорю, ты сделал меня на сегодня счастливым. Пожалуйста, отвечает он, обращайтесь. А что из достопримечательностей, спрашиваю я его, можно доче показать? Я ее с собой покататься взял.
Ну в парке Ленина погулять можно, но уже поздно, начал мямлить он... Так, с боевым кличем выскочила из-за руля его квадры девчуля: ледовый дворец, раз, центральная площадь два, (тут у меня кончилась оперативная память и я не смогу привести ещё пары ее пунктов) и пять - водопад. Но туда тридцатку ещё ехать надо. Я прифигел от этой амазонки и с широко раскрытыми ушами выразил ей свое восхищение: спасибо, милая леди, вот именно на водопад мы точно поедем... Она впитав все мои выпущенные флюиды, подмигнула и сказала: пожалуйста, рада была подсказать. Мы раскланялись и разъехались. Глава вторая. Слышу звон, да не знаю где он. Так как дорога вела все равно практически через весь город, заехали посмотреть и на дворец, и на центральную площадь. Мило, очень мило, подумал я. Без монументальности, а так, по провинциальному. Примерно как красота 16 летней девченки, которая только начала расцветать. В ушах все это время стоял звон. Обернувшись на площади туда-сюда, я не сразу определил источник. Но как определил, понял, почему звон такой приглушённый. Это звенели мои собственные яйца. Понятно. Причина тоже ясна. Не звените, приказал им я, и мы поехали дальше. Впереди был путь до водопада. Глава третья. Тем более! Дорога до водопада была весьма и весьма хороша. Обычная двухполоска, узенькая, извилистая и пустая. Особо не наваливал, шел в диапазоне 90-105. Во первых дорога совершенно не знакомая, во вторых шел уже по темноте. А поймать лося или кабана на капот, ой как не хотелось. Дорога то через, вернее В - ведущая В - государственный заповедник. Доехали, слазь. Малая радостно взвизгнув объятиям темноты сразу схватила меня за руку. Впереди был шлагбаум, рядом со шлагбаумом светилась будка. Внутри была сушёная леди, с выцветшими глазами, леди была времён выпуска Аменхотепа второго. Я ей сходу, вместо здрасьте задаю вопрос: сколько стоит билет? И пихаю деньги. Не пущу! - прорывает ее фальцетом. Я ей, позвольте, милая леди, почему?
- да кто же по ночам по лесу шастает?
- милая леди, и тут я открываю минералку. Бутылка издает громкое пшшшшш!
Сушёная леди вновь срывается на фальцет: это государственный заповедник! Здесь пить нельзя! Что вы себе позволяете! Я щас охрану позову! Я ей демонстрирую бутылку в амбразуру окошка - милая леди, я водитель, я за рулём, это вода!
Та не переходя с фальцета отрезает: Тем более!
И тут я понял, что с ней бесполезно вести разумный диалог. У входа за воротами две ростовые статуи медведей с названием заповедника. Дай ка малую хоть на их фоне думаю сфоткаю. Я ей, хорошо, мы ни куда не пойдем, только разрешите сфоткаю дочу на их фоне и не дожидаясь ответа перелажу туда. Та - да темно же, на фотографии же не видно ни чего не будет, уже с каким то состраданием в голосе, то ли ей пленку в фотоаппарате жалко стало, то ли мою дочь, что останется без фото... Милая леди, современные технологии, оптика ночного видения. Поставил малую меж двух медведей, щёлкнул со вспышкой и шепотом произнес: а теперь валим отсюда... И мы свалили. Все равно тётя, сушёная мотя, нас бы не пропустила. Впереди была обратная дорога, потом трасса, где крейсерская 120-130, и плавные покачивания рулём и эта запись уже из дома, под аромат каркадэ. Чего и вам желаю. Плавных дорог и ровных слов.

Райский сад

Отпусти меня трава - вновь замолился я и потянулся перевернувшись на спину. Трава не отпускала, и хотелось валяться дальше, благо, что солнышко стояло высоко и припекало, пузо было забито со вчера и ни какая бы сила не заставила бы меня встать, кроме этой.... утренний сеанс мочеиспускания, и калоотложения. Едрён батон, пробормотал я и погладил его. Перевернулся на бок, поджал колени к груди и окончательно проснулся. Надо было вскакивать, иначе прорыв всех клапанов неминуемо подкрадывался с каждой секундой всё ближе и ближе, а аварийная лампа критической нагрузки на них, уже даже не мигала, а накалилась красным светом. Сеанс мог наступить самопроизвольно - каждое мгновение и я вскочил. Куда бежать, разницы особой не было, за те две недели, что я болтался по этому заброшенному саду, я не встретил ни одного человека, одни звери. Тихим чопом, сжав булки, добрался до облюбованных кустиков, взялся рукой за ветку, и дальше всё известно каждому человеку. Кустики были облюбованы потому что прямо под ними протекал ручей с прозрачной водой по колено и золотисто-песчаным дном. Лопушком - не наш вариант, виной всему повышенная волосатость жёппы, поэтому наш выбор - вода из ручья. От холодной воды, анус сожмурился. Еще один плюс сарацинского способа - отметил я. Совершив утренний туалет, в прямом и переносном смысле, решил совершить омовение полностью, прям всего своего грешного тела. Одежду на берег и плашмя в воду. Бр-р-р! Студёна водица! Выпругнул на берег. Так как никого рядом нет, остался голышом. Впервые в жизни отрастил длинные волосы, после купания причесаться бы, да где я возьму расческу? Голышом прикольно. Почти так же классно, как и плавать. Чувствуешь телом любое дуновение ветерка. Комары звенят рядом, но не клюют. Рай, хуле! Из всей одежды оставил на себе только часы. Для хронометража. Интересно если человек в костюме Бетмена,он же не обязательно Бетмен? Я в костюме Адама, каков шанс, что я Адам?
О, да, это было не препятствие, а ловушка - этот бесконечный парк недеяний. Или это был Райский сад? Здесь было всё, что бы наслаждаться и тупо дожить свой век. Фрукты на деревьях, трава на делянах, живность в кустах и даже вода в ручьях была сладка. Ко всем этим плюсам - получилось даже неоднократно поймать сучек и выебать каждую со всем сладомтрастием, которое они заслуживали. Ибо стан каждой был упруг и молод, да и секс им тоже нравился. Во всяком случае стонали они правдоподобно, но... Каждую приходилось отпускать на волю, ибо как оказалось - были безсловесны, аки твари божьи. Одно слово - животные. Не Евы, не Евы. Да и я не Адам... Как пройти этот сад, я не представлял и если предыдущий лабиринт я прошел потому что знал, что выйти из лабиринта можно, если всё время поворачивать на лево, я и поворачивал. Тут же ни каких стен не было, лишь только деревья, цветы и ебучие твари (это я так неЕв прозвал). Ворота входа с приветственной тропой у поляны с приветственной же надписью - я дурак, мне можно всё - оказались фикцией. Тропа заканчивалась за первым поворотом и дальше начинался этот лесо-сад. Благо еще в первый же день пути, я наткнулся на ручей и памятуя, что ручей уж точно должен во что то впадать - двинул вдоль него. Ручей змеился сквозь этот парк недеяний и местами образовввал такие чудесные места... Поляны на которых можно было валяться до скончания веков, заводи, сиганув в которые - форель выскакивала на берег... В общем места были распрекрасные, а были бы спички, был бы точно рай. Но спичек не было и зажигалки тоже и я неумолимо двигался вперед. Сутки через двое - устраивал себе маршброски. Поначалу пробовал идти по ночам, днем спать, мешали птицы. Куда там жалкому Шопену с их Пиганинями. Подражатели. А местные птицы - вот были виртуозы. Временами мне даже казалось, что я начинал понимать, о чём поёт та или иная птаха. Фьють-фьють ла ла! Жизнь прекрасна, стань птицей, не думай о хлебе... Да я может и стал, но моя судьба - быть человеком, милые вы мои птахи и гуфы. В общем под это пение - хрен отдохнешь. Днём шёл - ночью спал, неЕвы мешали выспаться и одохнуть. Тут я ни чего рассказывать не буду, ибо приличные джельтельмены о этом не распространяются, а только говорят - с ними разве уснёшь? А в режиме - сутки через двое - за сутки пути так ухайдокаешся, что на следующий день - похрен, что вокруг твоего лежбища творится, еще плюс день на понежиться на солнышке и вдруг на кукан очередную сучку-ебучку спаймаешь. В общем шёл и шёл. Ручей тёк, я шёл. Я шёл, ручей тёк. Самое интересное, что ни каких следов пребывания других людей я не замечал. Видимо здесь я был один - человек. По прошествию такого колличества дней пути, я стал неуверен, правильную ли тактику продвижения выбрал, и когда эта неуверенность во мне появилась - местность стала меняться. Вначале пропало весёлое журчание ручья, потом деревья стали ниже и жиже, потом под ногами стало хлюпать. Лесо-сад закончивался словно нехотя. Вода в ручье практически остановилась и потемнела. Последняя заводь ручья фактически очерчивала и границу леса. Дальше деревья были редки, низеньки и кривы. Это были болоты неуверенности. Можно было вернуться в сад, но тогда...узнав что такое одиночестао и когда не с кем поделится мыслями, чувствами, эмоциями, что бы стало со мной? Утопился бы в ручье уйдя к рыбам? Стал бы птицей? Или уснув в траве у подножия очередного древа из леса стереотипов - обеспечил бы его перегноем? Нет уж. Руки ноги оторвите, я на жопе ускачу. Тем более по болоту. Это колобку здесь было бы хреново, размокнет. А я из мяса, не растаю. Так я решил и еще раз прошептал: отпусти меня трава и трава отпустила меня в сентябре. Впереди лежали болота неуверенности. На кромке леса лежал я и набирался сил на привале.

Анблокинг

Гордыня очень мешает духовному росту. Особенно птицам высокого полета. Потому что глаза гордеца не видят самого себя. То есть гордыня мешает видеть не саму тучку (пузырь восприятия или точку пространства-времени, куда человек пришел своими поступками) а именно взаимосвязь между своими поступками и тучкой (т.е. той точкой пространства-времени, куда он ими пришёл) И как только человек принимает ответственность за каждый свой поступок и понимает, что он не птица высокого полета, то гордыня исчезает. Да, говорит себе человек,  я не птица высокого полета, а обыкновенное чудо в перьях. И в этот момент он перестает ждать, что чудо придет в его жизнь и начинает чудить сам. Во многих религиях именно этот момент и называется - открылась дверь в чудесное.